611b36b6     

Булгаков Михаил - Приключения Покойника



prose_classic Михаил Афанасьевич Булгаков Приключения покойника ru ru Kuker FB Tools 2006-05-29 4CB3F741-6407-4201-8F52-8C23FC79EB2B 1.0 v. 1.0
Т. 3: Дьяволиада: повести, рассказы и фельетоны 20-х годов Азбука-классика СПб 2002 5-352-00139-3; 5-352-00142-2 (т. 3) Михаил Афанасьевич Булгаков. Собрание сочинений в восьми томах.

Том 3. ДЬЯВОЛИАДА: Повести, рассказы и фельетоны 20-х годов. Художественный редактор Вадим Пожидаев. Технический редактор Татьяна Раткевич. Корректоры Алевтина Борисенкова, Ирина Киселева.

Верстка Александра Савастени. Директор издательства Максим Крютченко. ИД № 03647 от 25.12.2000.

Подписано в печать 25.04.02. Формат издания 84х108 1/32. Печать высокая. Гарнитура «Петербург». Тираж 10 000 экз.

Усл. печ. л. 31,08. Изд. № 142. Заказ № 674. Издательство «Азбука-классика». 196105, Санкт-Петербург, а/я 192. www.azbooka.ru.

Отпечатано с готовых диапозитивов в ФГУП «Печатный двор» Министерства РФ по делам печати, телерадиовещания и средств массовых коммуникаций. 197110, Санкт-Петербург, Чкаловский пр., 15. Михаил Афанасьевич Булгаков
ПРИКЛЮЧЕНИЕ
ПОКОЙНИКА
— Кашляните, — сказал врач 6-го участка М.-К.-В. ж. д.
Больной исполнил эту нехитрую просьбу.
— Не в глаза, дядя! Вы мне все глаза заплевали. Дыхайте.
Больной задышал, и доктору показалось, что в амбулатории заиграл граммофон.
— Ого! — воскликнул доктор. — Здорово! Температура как?
— Градусов семьдесят, — ответил больной, кашляя доктору на халат.
— Ну, семьдесят не бывает, — задумался доктор, — вот что, друг, у вас ничего особенного — скоротечная чахотка.
— Ишь как! Стало быть, помру?
— Все помрем, — уклончиво отозвался медик. — Вот что, ангелок, напишу я вам записочку, и поедете в Москву на специальный рентгеновский снимок.
— Помогает?
— Как сказать, — отозвался служитель медицины, — некоторым очень. Да со снимком как-то приятнее.
— Это верно, — согласился больной, — помирать будешь, на снимок поглядишь — утешение! Вдова потом снимок повесит в гостиной, будет гостей занимать: «А вот, мол, снимок моего покойного железнодорожника, царство ему небесное». И гостям приятно.
— Вот и прекрасно, что вы присутствие духа не теряете. Берите записочку, топайте к начальнику Зерново-Кочубеевской топливной ветви. Он вам билетик выпишет до Москвы.
— Покорнейше благодарю.
Больной на прощанье наплевал полную плевательницу и затопал к начальнику. Но до начальника он не дотопал, потому что дорогу ему преградил секретарь.
— Вам чего?
— Скоротечная у меня.
— Тю! Чудак! Ты что ж думаешь, что у начальника санатория в кабинете? Ты, дорогуша, топай к доктору.
— Был. Вот и записка от доктора на билет.
— Билет тебе не полагается.
— А как же снимок? Ты, что ль, будешь делать?
— Я тебе не фотограф. Да ты не кашляй мне на бумаги...
— Без снимка, доктор говорит, непорядок.
— Ну так и быть, ползи к начальнику.
— Драсте... Кхе... кх! А кха, кха!
— Кашляй в кулак. Чего? Билет? Не полагается. Ты прослужил только два месяца. Потерпи еще месяц.
— Без снимка помру.
— Пойди на бульвар да снимись.
— Не такой снимок. Вот горе в чем.
— Пойди, потолкуй с бухгалтером.
— Здрассте.
— Стань от меня подальше. Чего?
— Билет. За снимком.
— Голова с ухом! У меня касса, что ль? Сыпь к секретарю.
— Здра... Тьфу. Кха. Рррр!..
— Ты ж был у меня уже. Мало оплевал? Иди к начальнику.
— Здравия жела... Кха... хр...
— Да ты что, смеешься? Курьер, оботри мне штаны. Катись к доктору!
— Драсти... Не дают!
— Что ж я сделаю, голубчик? Идите к начальнику.
— Не пойду, помру... Урр...
— А я вам капель дам. На пол не падай. Санитар, под



Назад